- Но ведь что-то же он любит! - прошептала принцесса и позвала голосом сладким, точно мед и сахарный тростник:
- Дракон! Милый дракоша!
- ЧТО? - взревел дракон. - Повтори-ка еще раз! - и молодые люди услышали, как дракон ползет к ним сквозь пещерный мрак. Принцесса затрепетала и прошептала совсем тихо:
- Дракон... Милый дракоша!
И тут дракон появился. Принц обнажил свой меч, а принцесса - свой: великолепный клинок с серебряной рукоятью - принц привез его в автомобиле. Но нападать не стали: по мере того, как дракон выползал, они медленно отступали назад, и вот, наконец, змей вытянулся на скале во всю огромную чешуйчатую длину, наполовину развернув гигантские крылья, а серебристая его чешуя сияла и переливалась, точно бриллианты под солнцем. Но наконец отходить стало некуда: позади путь преградили черные скалы. Принц с принцессой встали спиной к камню, с клинками в руках, - и принялись ждать.
А дракон подбирался все ближе и ближе, и теперь молодые люди видели, что чудовище вовсе не извергает пламя и дым, как они ожидали. Змей подползал медленно, слегка извиваясь всем телом, точно щенок, когда хочет поиграть, но не уверен, не злитесь ли вы на него.
И еще они заметили, что по медной драконовой морде струятся огромные слезы.
- Ну и в чем же дело? - осведомился принц.
- Никто, - всхлипнул дракон, - еще не называл меня милым!
- Не плачь, - проговорила принцесса, - мы будем называть тебя милым сколько захочешь. Мы собираемся приручить тебя.
- Я и так ручной, - сообщил дракон. - В этом-то все и дело. До сих пор никому, кроме вас, это и в голову не приходило. Я такой ручной, что готов есть из ваших рук.
- Что именно, милый дракоша? - спросила принцесса. - Так-таки не печенье?
Дракон тяжело покачал головой.
- Значит, не печенье? - ласково уточнила принцесса. - Так что же, милый дракоша?
- Ваша доброта меня просто раздраконивает, - вздохнул змей. - Никто и никогда не спрашивал ни у одного дракона, что мы любим: вечно сперва предлагают принцесс, затем их спасают, и ведь ни разу не поинтересовались: "Что бы вы предпочли выпить за здоровье короля?" Жестоко и несправедливо, по-моему, - и дракон снова разрыдался.